выбор цвета:
RC-Forum - форум коллекционеров масштабных моделей
Вернуться   RC-Forum - форум коллекционеров масштабных моделей > История транспорта. Выставки. Автомотоспорт. > Автомотоспорт России, СССР, СНГ
Перезагрузить страницу Мемуары Уно Аавы "Elu- ja ralliradadel"
Ответ
 
Опции темы
Старый 18.08.2014, 16:25 ссылка на ветку   #21
SAWEN
 
Аватар для SAWEN
 
Регистрация: 11.01.2010
Адрес: Ростов-на-Дону. РФ
Сообщений: 2,694
Сказал(а) спасибо: 9,787
Поблагодарили 6,496 раз(а) в 1,495 сообщениях
По умолчанию

Лично по мне, так всё интересно, я даже люблю такие откровения (лишь бы только они ни кого не обижали).
SAWEN вне форума   Ответить с цитированием
Старый Сегодня
GOOGLE
По умолчаниюЭто может быть интересно

Старый 18.08.2014, 20:07 ссылка на ветку   #22
Sourceress
 
Аватар для Sourceress
 
Регистрация: 29.12.2005
Адрес: Москва
Сообщений: 1,025
Сказал(а) спасибо: 360
Поблагодарили 2,098 раз(а) в 576 сообщениях
По умолчанию

1965

Вернувшись с ралли «Монте-Карло», я почувствовал себя уставшим, а некоторые домашние дела требовали внимания. В семье ожидалось рождение первенца. На работе пришлось вновь привыкать к тамошним занятиям и восстанавливать хорошие отношения с коллегами. Кому понравится выполнять работу другого в его отсутствие? А меня надо было заменять – ведь авторемонтный завод постоянно работал в своем ритме, невзирая на мое отсутствие. Надо было принимать решение и относительно учебы в институте, так как я с осени не посещал лекции, а зимняя сессия была на носу. Я решил взять академический отпуск на год и подал соответствующее заявление в деканат вечернего отделения ТПИ.

Сильнейшие раллисты Эстонии готовились к международному ралли «Русская зима» в начале марта. Мы с Йоханнесом Пурретом поговорили и решили, что участвовать не будем, но затем стартуем в зимнем ралли в Тарту.

Тартуское зимнее ралли проводилось 13-14 марта. Погода была зимней и снежной. Экипажей зарегистрировалось много, в том числе и те, кто принимал участие в «Русской зиме». Некоторых из них техническая комиссия не допустила к участию, так как их автомобили были подготовлены согласно международным требованиям, не соответствовавшим всесоюзным. Так что у нас с Пурретом стало меньше конкурентов, и было легче выиграть соревнования, что мы и сделали.

28 февраля жена Хелле родила дочь, которую назвали Ану. Если бы родился мальчик, мы назвали бы его Тимо в честь победителя ралли «Монте-Карло» Тимо Мякинена.

Следующим нашим стартом было I ралли «Выру» 12-13 июля – однодневное ралли с временем непрерывного движения более восьми часов на дистанции свыше 600 км. У нас был стартовый номер 4. Старт был дан вечером в субботу, стартовало 29 экипажей. Летние июньские ночи коротки и красивы – слегка стемнело и снова начало светать. Вокруг была нетронутая природа. Через лесную дорогу перебежала пара коз с маленьким козленком, которого подвели силы, когда он пытался выпрыгнуть на обочину дороги, и он упал. Мы остановились и подождали, пока козленок поднимется на ноги, чтобы вновь побежать за родителями. Такая вот спортивная романтика – хорошо еще, что этот эпизод случился не на скоростном участке. Когда в воскресенье утром мы финишировали, выяснилось, что мы выиграли ралли, опередив местных спортсменов Мадиса Лайва и Яана Милли [Лайв не был местным спортсменом и всегда выступал за таллинские клубы – А. Р.].

В Выру я взял с собой Хелле и трехмесячную дочку Ану, чтобы встретиться с вырускими родственниками. Жили мы у тетки Хелле Сельмы Ритсаар на улице Олеви в Выру. После ралли я поехал к Сельме, где собралась вся родня Хелле с хуторов Йоосульт, Ритсааре и Кююста. Комната была полна народу, и я почувствовал гордость, войдя в нее с призом за первое место в руках.

В ралли в рамках III Спартакиады ЭССР по техническим видам спорта, приуроченной к двадцатипятилетию Эстонской ССР, стартовали сорок девять экипажей из Эстонии и восемь – из Латвии. Старт давался в Таллине на углу Пярнуского шоссе и улицы Кийре перед зданием горного техникума поздно вечером 25 июня. Полная длина сложной дистанции была 1663 км, а на ее прохождение отводилось 27 часов, то есть ехать надо было две ночи и один день. Дополнительных соревнований было четырнадцать: подъемы на холм, скоростные участки, спецучастки, фигурное вождение, замена колес. Погода была прекрасная, и мне нравилось стартовать в эти белые ночи. Сильнее всего конкуренция была в классе специально подготовленных автомобилей, где выступали и мы с Пурретом. На трассу мы ушли перед Рюютелем с Хольмом, благодаря чему им были известны наши результаты в дополнительных соревнованиях. Трасса вывела нас к Вярске на юге Эстонии. Ралли выиграли Ханс Рюютель и Гуннар Хольм с небольшим преимуществом перед нами; таким образом, мы завоевали серебряные медали Спартакиады ЭССР по техническим видам спорта, а одновременно и чемпионата Эстонии. «Бронзу» получили Людвиг Кырге и Юри Каазик.

Вызовы в Центральный автомотоклуб для участия в ралли «Тысяча озер» (20-22 августа) получили мы с Саармом и Калью Микфельдт с Александром Тыкке. По-видимому, после двух прошлогодних аварий мы с Альфредом были реабилитированы и снова вошли в ряды сборной СССР. Я поговорил с Альфредом о том, есть ли у него после тех тяжелых аварий в Германии и Финляндии желание садиться за руль, чтобы проходить скоростные участки на максимальной скорости. Он подтвердил это, но у меня все же осталось чувство сомнения.

Для ралли мы опять получили новый автомобиль, подготовку которого проводили в Таллине в цеху у Альфреда. В Финляндию мы отправились, как обычно, через Москву. Всего в ралли принимало участие семь экипажей на «Волгах»; еще две «Волги» заявили финские экипажи. Организаторы соревнований объединили седьмой и восьмой классы в один – свыше 2000 см³. Из-за этого добавились два автомобиля «Опель-Рекорд» и один «Мерседес-Бенц» с двигателями рабочим объемом свыше 2500 см³, на которых стартовали финны. Всего в классе насчитывалось двенадцать экипажей. Всего в 1846-километровом ралли участвовало 126 автомобилей, а финишировало 86. Наш стартовый номер был 52.

И на этот раз нам с Альфредом не посчастливилось финишировать. Утром заключительного дня соревнований во время двадцать шестого скоростного участка на узкой лесной дороге нас попытался обогнать один опаздывавший автомобиль, громко сигналя. Альфред принял вправо, чтобы пропустить его, но машину на мягкой обочине вынесло в канаву. Раздался сильный хруст – мы наткнулись на лежавший в канаве большой валун. Мы стали прикидывать, как быстрее сняться с камня и выбраться из канавы, но оказалось, что чугунный корпус фильтра грубой очистки насквозь пробит камнем. С пробитым фильтром ехать дальше было невозможно, так как из двигателя вытекло бы масло. Ремонт с закупориванием масляных каналов блока цилиндров занял бы около часа, что означало бы снятие с соревнований. Было чертовски жаль, но что поделать – и на этот раз в Финляндии нам не улыбнулась удача.

После анализа протоколов выяснилось, что перед СУ-26 у нас было 7903,1 штрафных баллов, у Микфельдта с Тыкке – 7870,4, у Циммермана с Карамышевым – 8716,6.

Но все же с этим ралли было связано и кое-что хорошее. На заключительном банкете я повстречал старого знакомого – победителя ралли «Монте-Карло» Тимо Мякинена, который вместе с Пеккой Кескитало выиграл и здесь, в Ювяскюля. Во время беседы, где я применял свои скромные познания в финском языке, зашла речь о его автомобиле «BMC-Купер-S», и Мякинен предложил мне на следующее утро попробовать его на ходу на соседних с Ювяскюля скоростных участках. К назначенному времени я подошел к его гостинице и увидел, что механик Мякинена уже подогнал автомобиль к гостинице. Вышел Мякинен, мы уселись в машину – он за рулем, – и поехали на трассу скоростного участка. Я был удивлен, что автомобиль не приспособлен к этому ралли – руль справа (для британского левостороннего движения), самые обычные сиденья и приборная панель. На мои вопросы Мякинен ответил, что это сделано в рекламных целях: потенциальный покупатель должен видеть в раллийном автомобиле стандартный, такой же, как и в магазине. Еще я обратил внимание, что на оборотах до четырех тысяч в минуту двигатель работает спокойно, лишь слегка бормочет, но на более высоких оборотах поет как птица. Передачи переключать приходилось постоянно, чтобы удерживать обороты в пределах от четырех до восьми тысяч в минуту.

Половину пути Мякинен вел машину, давая мне пояснения, иногда в поворотах пускал ее скользить боком, а на прямых вдавливал педаль газа в пол. В одном повороте нам попался шедший навстречу большой лесовоз. Я считал, что мы должны были идти ближе к дороге и дальше от кювета, но Мякинен сумел так точно объехать грузовик, что мы остались на трассе. Я посмотрел на него и по его лицу понял, что этот маневр дался ему нелегко, но он справился.

Здесь мы поменялись местами, и я впервые получил возможность вести раллийный автомобиль с правосторонним рулевым управлением и приводом на передние колеса. Рычаг коробки передач был слева, сцепление работало резко, тормоза срабатывали мгновенно, руль был чувствительным и легким, и автомобиль был невероятно хорош. Вначале у меня не получалось его вести, и Мякинену приходилось вмешиваться, но через пару километров я начал получать удовольствие от вождения. Такой раллийный автомобиль и я хотел бы себе, но мне хватало и того, что я могу стартовать на «Волге», тем более за границей, в Финляндии.

В тот же вечер мне пришла в голову мысль о побеге. Ночью, когда Альфред уже будет спать, я мог бы сесть в «Волгу» и сбежать в Швецию. Автомобиль был заправлен и приведен в порядок, и к утру я уже пересек бы границу. Я слышал, что на границе Финляндии и Швеции автомобили особо не проверяют. В Швеции я попросил бы убежища. Вряд ли меня выслали бы обратно в Советский Союз, ну а если такое случилось бы, оставалось бы только примириться со своей участью. Разумеется, я подумал о Хелле, о маленькой дочке Ану, о маме с папой: а что будет тогда с ними? Естественно, я стал колебаться и никуда не сбежал.

Изучая впоследствии протоколы ралли «Тысяча озер», я увидел, что до своего схода мы шли на скоростных участках вровень с экипажем Калью Микфельдт – Александр Тыкке и были в своем классе месте на седьмом или восьмом, а в общем зачете – на шестьдесят шестом. Победители в нашем классе – шведы Уве Эрикссон и Стиг Розендаль на «Опеле-Рекорд» [не согласуется с фразой выше о том, что на «Опелях» шли финны – А. Р.] – были в абсолютном зачете девятнадцатыми.

Я всегда привозил из Финляндии домашним в подарок какую-нибудь нужную вещь. В тот год я привез папе длинные кожаные зимние сапоги с меховой подкладкой, которые сохранились до сегодняшнего дня и которые я сам порой надеваю зимой. Хотя подошвы сапог и износились, в остальном они совершенно целы.
__________________
http://www.ussr-autosport.ru
Sourceress вне форума   Ответить с цитированием
10 пользователя(ей) сказали cпасибо:
ASokolov (18.08.2014), BSP (24.08.2014), Edgar_MG (20.08.2014), Florell (20.08.2014), iskander (21.08.2014), m-alexalex (23.10.2014), rz16-1 (19.08.2014), SAWEN (21.08.2014), S_IONES (04.11.2016), Самароид (20.08.2014)
Старый 19.08.2014, 21:36 ссылка на ветку   #23
Sourceress
 
Аватар для Sourceress
 
Регистрация: 29.12.2005
Адрес: Москва
Сообщений: 1,025
Сказал(а) спасибо: 360
Поблагодарили 2,098 раз(а) в 576 сообщениях
По умолчанию

1966

Год начался с напряженной учебы в ТПИ. Я сдавал зачеты и экзамены, чтобы рассчитаться с задолженностями. Я отказался от участия в зимнем командном ралли «Прибалтика», которое прошло в Эстонии 21-23 января с базовым пунктом в Таллине. Однако меня попросили быть на этих соревнованиях заместителем главного судьи, отвечавшим за работу секретариата. Я согласился, так как главным секретарем была приехавшая из Москвы знакомая мне Татьяна Соколова, имевшая большой опыт. Судейские обязанности не отняли у меня много времени, но зато я получил опыт проведения соревнований по автоспорту на высоком уровне. Ралли выиграл спортивный клуб «Темпо» (таллинский таксопарк), а в зачете республик – Эстония.

Мы с Пурретом решили участвовать в международном ралли «Русская зима», проводившемся 4-8 марта в виде звездного сбора со стартом из Бреста, Киева, Риги и Выборга и финишем в Москве. Мы, как и другие эстонские экипажи, стартовали из Риги. Всего стартовало 170 автомобилей; наш стартовый номер был 73. Подготовка автомобиля к ралли легла на плечи Пуррета. Он занимался ею у себя на работе в Тарту, что дало мне еще больше свободного времени для учебы.

В звездном сборе мы стартовали из Риги вечером; первый КП находился в Даугавпилсе. Поскольку средняя скорость была задана равной 60 км/ч, прибыть на место вовремя было несложно. Таким же образом мы прошли и следующие КП в Смоленске и Гжатске (ныне Гагарин) и к утру достигли московского КП в Тушино.

За Смоленском мы увидели стоящий раллийный автомобиль, экипаж которого подавал нам знаки, прося остановиться. Мы остановились, и спортсмены рассказали, что сбили переходившего дорогу пешехода, труп которого упал в кювет. Мы убедились, что пешеход действительно мертв – небольшого роста пожилой человек в ватнике и ватных штанах. Спортсмены – ими оказались финны – были в растерянности и спрашивали, что им делать дальше. В передке их автомобиля была глубокая вмятина, а лобовое стекло было разбито. Мы ничем не могли им помочь. Я пообещал, что дам знать о случившемся первому же милиционеру, которого мы встретим, и мы продолжили свой путь. Только через тридцать километров мы встретили милиционера. В то время у участников не было раций, как и у милиции, на мотоциклах с коляской патрулировавшей дорогу. Однако милиционер сразу же направился к месту аварии.

Ралли складывалось для нас неудачно – автомобиль был каким-то вялым, было много снега. Мы не понимали, почему двигателю не хватает мощности. Все как будто было в порядке, но результаты на скоростных участках были хуже, чем у других участников в нашем классе. Мы сравнили свое время с результатом Людвига Кырге и Юри Каазика: во время одного скоростного участка – кольцевой гонки – мы проиграли им двадцать пять секунд.

После трех тысяч километров дистанции и четырнадцати дополнительных соревнований мы были в своем классе на девятом, а в абсолютном зачете – на сорок седьмом месте (всего стартовало 170 экипажей). Кырге с Каазиком были на десятом и сорок восьмом местах соответственно. Они очень неудачно вылетели с трассы на седьмом скоростном участке.

На обратном пути из Москвы мы внезапно отыскали причину ненормальной работы двигателя: обнаружилось, что воздушный фильтр плотно забит пылью и не пропускает воздух в необходимых количествах. Отсюда следовало, что мы небрежно подготовили автомобиль к соревнованиям и оказались беспомощными в поисках неисправности.

Следующими соревнованиями стало первенство общества «Калев» по ралли, которое мы с Пурретом выиграли. Ралли было относительно коротким – двухдневным. Погода была отличной, а двигатель на этот раз развивал полную мощность, так что было легко и приятно ехать и побеждать.

Чемпионат Эстонской ССР по ралли 1966 г. проводился накануне Иванова дня. В двухдневном ралли приняло участие свыше ста экипажей. У нас с Пурретом был стартовый номер 45. Дистанция от старта до финиша составляла 1400 км. Ралли проводилось в форме шестисоткилометрового звездного сбора со стартом из Таллина, Тарту и Пярну. Трасса проходила по узким проселочным дорогам, где необходимо было хорошо ориентироваться и знать карту. Как обычно, маршрут выдавался нанесенным на бумагу – это делалось для того, чтобы определить необходимый маршрут, сравнив его с картой дорог республики. Контрольные пункты на схеме обозначены не были.

Конечным пунктом звездного сбора был Пайде. Оттуда начиналась основная, спортивная часть ралли. Дополнительных соревнований было девять. Особенно запомнился скоростной участок в окрестностях Ярва-Яани, где на гравийной дороге с опасными поворотами надо было выжимать из машины максимум. Один поворот прямо-таки приглашал свалиться в канаву вдоль левой обочины. Позднее этот поворот прозвали «ямой дружбы». Называют его так и сейчас, так как нет ралли, в котором несколько участников не попало бы в эту яму, хотя теперь ездят, используя легенду.

Воскресным утром после финиша в Клоостриметсе и объявления результатов выяснилось, что мы с 310 штрафными баллами заняли третье место в классе «Волга», а в общем зачете были четвертыми. В классе «Волга» победили Тойво Вярк и Энн Когер (302 штрафных балла), вторыми стали Пеетер Нордберг и Харди Нигулас (307). За нами остались Микфельдт с Тыкке (314,2) и Кырге с Каазиком (314,7). Это третье место показало, что конкуренция в республике стала сильнее.

В середине июля пришло известие, что мы с Пурретом зачислены в состав советской команды для участия в ралли «Тысяча озер». В Москву вызвали и Александра Тыкке. Наконец-то у меня появилась возможность выехать на ралли за границу со своим постоянным напарником. Особенно радовался Пуррет, для которого это были первые международные соревнования, если не считать «Русскую зиму» в марте. К сожалению, оказалось, что новый автомобиль нам для ралли не выдадут, и пришлось заниматься тем, что у нас уже был. Готовили мы его в Таллине, на авторемонтном заводе. О двигателе позаботился Аксель Тали, а ходовую часть и трансмиссию мы проверяли сами.

В Москве выяснилось, что в ралли участвуют семь экипажей на «Волгах», причем Тыкке едет вместе с горьковчанином Альфредом Щербаковым. Мы выслушали пожелания и напутственные речи руководства ДОСААФ и представителей «Автоэкспорта», в которых говорилось в основном, что «Волга» – надежный автомобиль и все должны финишировать. Этим будут достигнуты рекламные цели, но чем выше будут при этом места в классе и общем зачете, тем лучше.

В Хельсинки нас традиционно хорошо приняли на фирме «Конела». Мы вновь установили на автомобили регулируемые амортизаторы «Кони», настраивать которые каждый должен был по своему усмотрению. Мы посетили сауну фирмы, где особенно блаженствовал Пуррет-Юсс. Затем мы отправились в Ювяскюля.

В том году организаторы ралли (проходившего 19-21 августа) сделали его особенно длинным – 2261,5 км, в том числе двадцать пять скоростных участков общей длиной 215 км. На старт вышло 115 экипажей; наш стартовый номер был 108. С нами в одном классе шли Онни Вилкас – Йорма Пулкинен на «Мерседесе» и Матти Пирттинен – Пекка Пирттинен на «Ситроене-DS21».

Во время тренировок мы смогли пройти трассу только один раз, и нормальную легенду составить не получилось. Правда, некоторые скоростные участки были мне уже знакомы по прошлым ралли и были описаны в старых легендах, но для Пуррета все было внове, а проверить эти легенды мы не могли.

Ралли складывалось для нас хорошо; несколько раз мне приходилось сдерживать Пуррета, так как на легенду особо полагаться не стоило, а финишировать надо было обязательно. Но ближе к вечеру второго дня во время скоростного участка на прямой и узкой гравийной дороге на очередном трамплине при приземлении сзади послышался удар, и автомобиль начал вилять из стороны в сторону. Мы перескочили через неглубокую канаву и выехали в поле. Пуррет затормозил, и мы увидели, что задняя левая рессора лопнула, а задний мост перекосило. Мы решили добраться до финиша скоростного участка и там решить, как поправить дело. Починить сломанную рессору мы не могли. Замена ее отняла бы больше часа времени, и мы были бы сняты с соревнований. Мы осторожно продолжили движение, избегая прыжков с трамплинов.

На финише мы были в абсолютном зачете на пятьдесят седьмом, а в своем классе – на восьмом месте. Из ста пятнадцати стартовавших ралли закончили шестьдесят два экипажа, сошли пятьдесят три. Для меня финиш в ралли означал, что я наконец получал к своему значку участника ралли «Тысяча озер» вдобавок к двум белым подвескам (сход) первую синюю (финишировал).

В Москве нами не были недовольны, так как сошел только один экипаж на «Волге». В классе победили Онни Вилкас и Йорма Пулкинен на «Мерседесе». Сергей Тенишев и Валентин Кислых в классе заняли третье место.

В чемпионате СССР по ралли, проводившемся в сентябре в Ужгороде, мы с Пурретом стартовали на том же автомобиле. Все складывалось отлично, мы были готовы дать соперникам хороший бой, но во время звездного сбора в Белоруссии случилось трагическое происшествие.

В вечерних сумерках в плотном потоке на узкой дороге на городской окраине навстречу нам попался автобус. За мгновение до встречи с нами он остановился на остановке. Мы проезжали мимо автобуса на расстоянии около метра, когда внезапно из-за автобуса выбежала молодая женщина. Она бросилась прямо на левый бок нашей «Волги» так неожиданно, что ее голова ударилась о стойку лобового стекла. Пуррет затормозил, и машина остановилась в четырех-пяти метрах от лежавшей на земле женщины. Пуррет выскочил наружу, чтобы остановить автобус, который уже начал отъезжать от остановки. Я бросился к пострадавшей, чтобы понять, чем ей можно помочь. В тот же миг я увидел, что подъехал автоинспектор на мотоцикле. Шедшие за нами Тойво Вярк и Эндель Когер предложили инспектору отвезти пострадавшую в больницу, которая виднелась метрах в двухстах. Инспектор согласился. Так как движение из-за аварии встало, инспектор быстро осмотрел место происшествия, замерил тормозной путь нашего автомобиля, потребовал у Пуррета водительское удостоверение и приказал ехать за ним в ГАИ. Там Пуррет написал объяснительную записку и начертил схему места аварии. Мы надеялись, что женщина получила только легкий удар по голове и приходит в себя, и мы сможем продолжить ралли, так как вины Пуррета в аварии не было. Примерно через час ожидания пришел инспектор и объявил, что женщина скончалась, и нам придется остаться на ночь в городе, пока не будет определено, виновен Пуррет или нет. Еще инспектор сказал, что женщина работала медсестрой в той же больнице и торопилась на работу к своей смене. Именно поэтому она так неожиданно и выбежала из-за автобуса на дорогу.

Инспектор отвез нас на ночлег в местную школу. Комната с двумя кроватями с матрацами и подушками, никакого постельного белья. В соседней комнате размещался молодой человек, который в ответ на наш стук пришел познакомиться. Он рассказал о себе грустную историю: он получил большую дозу облучения, и жить ему осталось месяца два. Его держали здесь, в школьном здании, и он не мог встречаться ни с родственниками, ни с кем бы то ни было еще. Тут я посмотрел на него повнимательнее и заметил, что на голове у него не осталось ни волоска, кожа на лице была изжелта-серой, а руки дрожали. Молодой человек рассказал, что ему дают все, что он пожелает, но товарища, с кем можно было бы поговорить, у него нет. Он принес в нашу комнату фанерный ящичек размерами 30×30×30 см, полный проводов, и кинескоп от телевизора и показывал нам передачи из Варшавы, Киева, Минска и других городов. Каналы он переключал при помощи самодельного пульта. В то время у нас дома у телевизора еще не было пульта управления. Поскольку школа стояла на холме, а антенну он вывел на крышу, он мог смотреть множество телевизионных каналов. Чтобы беседа была более дружеской, он принес нам коньяк и стаканы с чаем.

На следующее утро инспектор вернул Пуррету водительское удостоверение и сказал, что мы можем ехать дальше, так как вины Пуррета в аварии нет. Мы в возмущении поехали в Ужгород, где нас ожидали. Судьи сообщили, что если бы мы прибыли на место рано утром, они бы допустили нас к участию в основной части ралли. А так нам не повезло, и выступление в чемпионате СССР пришлось на этом закончить.
__________________
http://www.ussr-autosport.ru
Sourceress вне форума   Ответить с цитированием
10 пользователя(ей) сказали cпасибо:
andrey volgin (25.06.2016), ASokolov (19.08.2014), Edgar_MG (20.08.2014), Florell (20.08.2014), iskander (21.08.2014), m-alexalex (23.10.2014), rz16-1 (20.08.2014), SAWEN (21.08.2014), S_IONES (04.11.2016), Самароид (20.08.2014)
Старый 20.08.2014, 20:11 ссылка на ветку   #24
Sourceress
 
Аватар для Sourceress
 
Регистрация: 29.12.2005
Адрес: Москва
Сообщений: 1,025
Сказал(а) спасибо: 360
Поблагодарили 2,098 раз(а) в 576 сообщениях
По умолчанию

1967

Начало 1967 года я посвятил учебе в институте и сдал последние экзамены перед защитой диплома. Тему дипломной работы – «Конструкция и подготовка шипов для автомобильных шин и разработка технологии монтажа» – я предложил институту сам, так как начиная с ралли «Монте-Карло» занимался этими задачами на заводе. Тему утвердили, а руководителем проекта назначили Бернгарда Саара, доцента кафедры точной механики.

В зимнем командном ралли 1967 года из-за учебы я не участвовал, но когда меня пригласили на тренировочный сбор команды СССР на побережье Черного моря в Адлер и Сухуми, я дал свое согласие. В письме, пришедшем в феврале председателю республиканского ДОСААФ Юри Раудсеппу за подписью начальника управления военно-технических видов спорта ЦК ДОСААФ СССР Бориса Трамма, приказным тоном предлагалось командировать восемь эстонских спортсменов на период с 5 по 20 апреля на тренировочный сбор по маршруту Москва – Харьков – Ростов-на-Дону – Краснодар – Адлер – Сухуми, основной целью которого были тренировки на горных дорогах Кавказа. В письме на меня возлагалась задача быть штурманом всей команды, идущей на «Волгах». Я поехал вместе с Людвигом Кырге, которого также пригласили на сбор. Путь из Москвы в Адлер был длинным, с несколькими ночевками. Так как скорость движения была невелика, все это больше напоминало простую туристическую поездку на Кавказ.

Во время сбора нам рассказывали о теории и технике прохождения поворотов, поведении ходовой части автомобиля в поворотах, особенностях ралли, тактике ведения соревнований и т. д. Мне пришлось учить спортсменов технике чтения карты, составления и чтения легенды. Говорил я и о тактических сторонах ралли, например, об умении опоздать, чтобы сберечь автомобиль, о необходимости отдыха и т. д. Практическую езду мы отрабатывали на подъемах к Красной Поляне и на гору Ахун и на спусках оттуда. Это была настоящая тренировка до седьмого пота. Один местный спортсмен во время ночного скоростного заезда не справился со своим автомобилем и вылетел с крутого склона вниз прямо в стоявший там жилой дом. Сбор продолжался неделю, а всего я был в отъезде две недели.

В начале года Йоханнес Пуррет сообщил, что уходит из большого ралли и собирается посвятить больше времени семье – он женился во второй раз, и в семье родился сын. Он не стал оформлять необходимые для включения в сборную Союза документы – автобиографию, рекомендацию парткома и т. п. Следовательно, в сборную его не пригласили. Я написал Юссу письмо, на которое он не ответил.

Снова передо мной встала проблема напарника. С кем продолжать спортивную карьеру? Спортивный клуб «Темпо» позвал меня в свои ряды, предлагая в этом случае ездить вместе с Калью Микфельдтом, очень хорошим спортсменом – таксистом десятью годами моложе меня. Я взвесил все плюсы (сильный клуб, новый автомобиль, очень хороший напарник, прошедший как таксист хорошую тренировку) и минусы (уход из АМК «Калев», малое внимание, уделявшееся ралли в клубе) и принял предложение. Первым ралли вместе с Калью стало первенство Таллина, в котором мы заняли первое место в абсолютном зачете.

Следующими соревнованиями было VIII ралли автопарка Министерства здравоохранения «Валгеранна» 24-26 мая, которое к тому времени уже выросло до соревнований первой группы по всесоюзной классификации и в котором участвовали и представители Латвии. Длина дистанции составляла 2457 км, из них спортивная часть ралли – 1148 км. Дополнительных соревнований было девятнадцать. Стартовало тридцать четыре экипажа, но финишировало только пятнадцать. Мы с Калью Микфельдтом стартовали на «Волге» и одержали победу в общем зачете ралли, опередив Ардо Раудсеппа с Уно Рогенбаумом. Из гостей лучшими были Гуннар Циммерман с Александром Карамышевым из рижского ДОСААФ, занявшие четвертое место.

В чемпионате ЭССР мы также заняли первое место и стали чемпионами в классе «Волга». Ханс Рюютель с Гуннаром Хольмом, которые выступали на «Москвиче-412», были быстрее нас и завоевали звание чемпионов Эстонии в абсолютном зачете. Ралли в основном проходило по дорогам южной Эстонии со стартом и финишем спортивной части в Выру-Кубья. На одном скоростном участке при приземлении после очередного трамплина у нас вылетело заднее стекло вместе с уплотнителем. По-видимому, кузов «Волги» перекосился, и стекло вывалилось из проема. Калью резко затормозил, но так как мы были на скоростном участке, то продолжили заезд – вылетевшее стекло все равно разлетелось вдребезги. Уплотнитель нам также был не нужен – его очистка от осколков стекла заняла бы слишком много времени. И все же отсутствие заднего стекла отрицательно сказалось на скорости – автомобиль как будто тянуло назад. Анализируя после ралли свои результаты на скоростных участках, мы поняли, что именно из-за отсутствия заднего стекла проиграли Рюютелю и Хольму.

В июле состоялся чемпионат СССР снова со стартом и финишем основной части в столице Кабардино-Балкарии – Нальчике. В этих местах я выступал уже в третий раз, но на этот раз с Калью Микфельдтом. Стартовали мы на «Волге».

Ралли началось 2200-километровым звездным сбором в Нальчик, который мы прошли без проблем. В Нальчике была отличная теплая летняя погода. За день до старта в окружавших город горах начались по-южному сильные дожди, и проходившее через город сухое речное русло превратилось в полноводную, быструю, несущую камни бурлящую реку.

Конкуренция была особенно острой – в ста восьми экипажах участвовали шестьдесят три мастера спорта. В правила ралли были снова внесены некоторые изменения, о которых участников известили непосредственно перед стартом. Трасса проходила по трудным горным и степным дорогам, которые из-за дождей кое-где превратились в месиво непролазной грязи. Все время шел дождь. Ориентироваться приходилось по сомнительной точности дорожной карте Грузинской ССР. Все это давало большое преимущество местным спортсменам, а также тем, у кого было больше информации. А этой последней, похоже, было больше у раллистов из Литвы и Латвии, нежели у нас. Изучая после финиша протоколы чемпионата, я увидел, что наши результаты на скоростных участках были неизменно хуже, чем у медалистов. О накале борьбы говорит тот факт, что второе и десятое места в классе «Волга» разделило только двадцать секунд – и это после двадцати одного скоростного участка! Мы финишировали девятыми, став единственным эстонским экипажем, попавшим в первую десятку.

Во второй половине июля в спортивный отдел республиканского комитета ДОСААФ пришло письмо по поводу моего участия в финском ралли «Тысяча озер», причем срок командировки был очень долгим. Вызывали только меня, без Калью. В Москве оказалось, что я поеду на «Москвиче-408» вместе с инженером лаборатории скоростных испытаний АЗЛК [в 1967 г. еще МЗМА – А. Р.] Виктором Щавелевым. Виктора я знал и раньше как раллиста, долгое время являвшегося членом сборной СССР, чьим постоянным напарником был водитель-испытатель того же завода Эммануил Лифшиц. Мне рассказали, что Лифшиц болен, и в Финляндию водителем вместо него отправляюсь я.

Несколько дней перед отъездом я занимался в лаборатории скоростных испытаний АЗЛК подготовкой автомобиля. Выяснилось также, что в Финляндию мы выезжаем заранее, чтобы перед ралли принять участие в нескольких мероприятиях по случаю пятидесятилетия Октябрьской революции, которые проводила Коммунистическая партия Финляндии. Об этом также долго говорили на предотъездном инструктаже у председателя ЦК ДОСААФ.

Советская команда на этот раз выступала преимущественно на «Москвичах». В Финляндию мы отправились, как обычно, колонной – семь «Москвичей» и две «Волги».

В Хельсинки на фирме «Конела» мы, как всегда, доводили машины: отбалансировали карданные валы «Москвичей», для нас были закуплены четырехточечные ремни безопасности, или «подтяжки». Мы прикрепили их к днищам автомобилей сбоку при помощи гаек и двух шайб большого диаметра. По традиции съездили и в сауну на берегу моря.

В Ювяскюля мы вновь поселились в гостинице «Хоспитц». Началось ознакомление с трассой и составление легенды. У меня в этом уже был большой опыт, накопленный в предыдущих соревнованиях, была и возможность тренироваться свободно. Генерала Шевченко на этот раз с нами не было, но из Москвы приехало много деятелей из ЦК ДОСААФ для участия в приемах Коммунистической партии. Эти в тренировки не вмешивались, а в основном знакомились с местной торговлей.

Самым большим мероприятием финской Коммунистической партии был общий вечер на принадлежащем ей полуострове, где располагались дача с каминным залом для собраний и сауна. Во дворе был отрезок железнодорожного пути, на котором стоял спальный вагон с мягкими полками.

Вечер начался с речей. Так как переводчика не пригласили, то мне, эстонцу, чей родной язык был схож с финским, пришлось переводить. Я пытался выполнить эту задачу, но мой финский словарный запас был слишком мал, чтобы объяснить финнам, что им говорят по-русски, и наоборот. В тот вечер всем пришлось смириться с таким переводчиком, как я. На следующий вечер прибыл уже квалифицированный переводчик.

Но самое большое недоразумение случилось в сауне. Сергей Тенишев, слезая с полка, получил на спину целый ковш кипятка, обжегшего ему спину. Воду на него выплеснул один деятель из ЦК ДОСААФ, по ошибке перепутавший холодную воду с горячей. Так как обожженная спина причиняла Тенишеву адскую боль, а средств для лечения ожога на месте не было, его отвезли в ближайшую больницу. Спина для гонщика – самая важная часть тела для ощущения хода автомобиля, так что в этом ралли Тенишев принять участие уже не мог.

Во время тренировок мы прошли трассу дважды и проверили составленную легенду. В этот раз дистанция составляла 1837 км с двадцатью одним скоростным участком общей длиной 178 км. Стартовал 121, финишировало 70, сошел 51 автомобиль. Наш стартовый номер был 84.

Ралли «Тысяча озер» по традиции началось заездом на скорость в центре города, в Харьюмяэ. В дальнейшем ралли складывалось для нас нормально, пока в середине первой ночи в правом повороте на одном из скоростных участков стартовавший перед нами автомобиль не врезался в помост для бидонов с молоком и не перегородил собой полдороги. Он соскользнул с дороги и затем выскочил на нее обратно. Чтобы избежать столкновения, я резко вывернул руль вправо, чтобы пройти между автомобилем и кюветом. Из-за большой скорости в узком повороте началось боковое скольжение, и наша машина перевернулась через крышу и упала обратно на колеса. Двери от удара не открылись, в крыше была вмятина, лобовое стекло разбилось, а внутри царила тишина. Когда я оправился от испуга, то закричал: «Витя, где ты?» [в оригинале по-русски латиницей – А. Р.], – но ответа не получил. Я подумал со страхом, что он мог выпасть из машины, но тут заметил, что двери с его стороны были закрыты. Я повернулся и услышал голос Виктора: «Я здесь, но ты сидел на моем лице, и я не мог ответить» [в оригинале по-русски латиницей – А. Р.]. Я попробовал запустить двигатель – он заработал. Мы уперлись ногами в край крыши над лобовым стеклом и выправили вмятину, а затем продолжили заезд. Так мы без переднего стекла добрались до финиша первого круга. Результаты на скоростных участках были слабыми, так как без лобового стекла автомобиль превращался в надувной мешок, что снижало скорость. Когда мы закончили в Ювяскюля первый круг, механики при помощи проволоки закрепили новое стекло и наладили открывание и закрывание передних дверей. Трансмиссия, ходовая часть и двигатель были в порядке, и мы продолжили соревнования. Но морально мне был нанесен удар. Четвертый раз я стартовал в ралли «Тысяча озер», и каждый раз со мной случалась какая-нибудь история! Финишировали мы в своем классе на двадцать шестом месте.

В Финляндии впервые стартовали и Ханс Рюютель с Гуннаром Хольмом на «Москвиче-412». И им не улыбнулась удача: за день до старта Гуннар во время испытаний машины перевернул ее на крышу. Мастера «Сисемяян Ауто» к утру привели ее в порядок, но на второй день ралли пробило прокладку блока цилиндров, и Хансу с Гуннаром пришлось сойти с дистанции.

На следующий день на заключительном банкете Тууре Вуори – традиционно наш главный соперник в Финляндии – подарил мне головку блока цилиндров своей «Волги» с впускными коллекторами, в которых было устроено водяное охлаждение. Головка отличалась тем, что впускные каналы были круглыми и имели больший диаметр, что улучшало наполнение цилиндров, и мощность двигателя возрастала. Тууре сказал, что больше на «Волге» не выступает и пусть я теперь испробую ее качество.

В начале октября мы с Калью Микфельдтом стартовали в проводившемся в Латвии ралли «Руденс» («Осень»), чтобы проверить преимущества подаренной Тууре Вуори головки блока. Мы опасались, что техническая комиссия может не допустить нас к участию – ведь головка была нестандартная, и это было заметно на глаз. Но нас все же допустили, и мы действительно почувствовали, что двигатель стал мощнее. На одном скоростном участке была возможность проверить максимальную скорость «Волги». Надо было пройти десять километров по практически прямой асфальтовой дороге с педалью газа «в пол», и мы затратили на это 3 мин 47 с, что соответствовало средней скорости 161 км/ч. Этот результат был значительно лучше, чем у ранее стартовавших участников, и вызвал интерес у судей. В дальнейшем нам пришлось держаться скромнее – идти на скоростных участках медленнее и не рваться к призовому месту. На финише мы были в середине, но в командном зачете выиграли.


Далее начинается подробный рассказ об эфиопском "Высокогорном ралли", который занимает в книге без малого два десятка страниц, так что его буду переводить по частям.
__________________
http://www.ussr-autosport.ru
Sourceress вне форума   Ответить с цитированием
10 пользователя(ей) сказали cпасибо:
andrey volgin (25.06.2016), ASokolov (20.08.2014), BSP (24.08.2014), Edgar_MG (20.08.2014), iskander (21.08.2014), m-alexalex (23.10.2014), rz16-1 (21.08.2014), SAWEN (21.08.2014), S_IONES (04.11.2016), Самароид (20.08.2014)
Старый 24.08.2014, 10:49 ссылка на ветку   #25
Sourceress
 
Аватар для Sourceress
 
Регистрация: 29.12.2005
Адрес: Москва
Сообщений: 1,025
Сказал(а) спасибо: 360
Поблагодарили 2,098 раз(а) в 576 сообщениях
По умолчанию

В Эфиопии

В середине октября пришло письмо из Центрального автомотоклуба СССР с просьбой, но не приказом командировать меня в Москву в состав сборной Советского Союза для участия в IV «Высокогорном ралли» в Эфиопии. Ориентировочно продолжительность командировки составляла два месяца.

В Центральном автомотоклубе в Расторгуево мне стало известно, что в Эфиопию летят десять раллистов. Выступать предполагалось на двух «Волгах» и одном «Москвиче-408». Автомобили для ралли надо было выбрать среди тех, которые находились в продаже в эфиопской столице Аддис-Абебе, а с собой мы брали только двигатели. Выяснилось, что я буду выступать вместе с Виктором Щавелевым, с которым стартовал и в ралли «Тысяча озер» также на «Москвиче-408». Главной целью нашего выступления было поднятие репутации советских автомобилей. В Эфиопии во множестве продавались «Москвичи» и «Волги», но многие из них простаивали из-за каких-то неисправностей, и уровень продаж упал, так как не было возможности для их ремонта и технического обслуживания, а также имелся дефицит запчастей.

Предотъездный инструктаж на этот раз проводился в рекламном отделе «Автоэкспорта» за чашкой кофе, а не в ЦК ДОСААФ, как обычно. Нам разъяснили сложившуюся в Эфиопии обстановку и поставили задачу обязательно финишировать, чтобы этим продемонстрировать надежность советских автомобилей даже в высокогорье.

Спортивный журналист Эли Кальдма опубликовал в 1968 году в газете «Спордилехт» (от 5, 8, 10 и 12 января) на основе моего рассказа серию статей об эфиопском «Высокогорном ралли», которые в сокращенном, дополненном и исправленном виде я привожу далее.

За шесть часов в Африку

Эфиопское «Высокогорное ралли» (Fourth Ethiopian Highland Rally) проводилось 7-10 декабря 1967 года в четвертый раз. Год от года эти соревнования становились все популярнее. Сильнейшие раллисты Европы считали их одними из самых сложных ралли. Каждый год в Аддис-Абебе собиралось все больше отважных спортсменов, чтобы на опасных горных дорогах испытать себя и свои машины.

В 1966 году местный раллийный комитет, покровителем которого был кронпринц Эфиопии Мерид Азмах Асфау Уоссен, решил пригласить на ралли советскую команду. Как известно, между СССР и Эфиопией в то время существовали дружеские отношения и очень оживленная торговля. Помимо прочего, в Эфиопию экспортировались легковые автомобили «Волга» и «Москвич». Так как они были там менее известны, чем продукция фирм Америки и Западной Европы, всесоюзная Федерация автоспорта совместно с «Автоэкспортом» решила принять приглашение – ведь, помимо спортивных целей, ралли служило и целям рекламным. К тому же часть проданных в Эфиопии автомобилей простаивала.

Приготовления к долгому пути начались в конце сентября 1967 года. Выступление в незнакомой стране в особенно тяжелых условиях было нелегкой задачей. Было известно, что трасса пройдет по высокогорьям и бездорожью саванн, а соперниками будут самые именитые спортсмены Европы.

По первоначальному плану мы должны были стартовать на двух «Волгах» и одном «Москвиче». В состав первого экипажа вошли москвичи Сергей Тенишев и Валерий Кислых [Валентин Кислых – А. Р.], второго – львовские спортсмены Борис Ревякин и Эдуард Баженов, третьего – Виктор Щавелев и я. Механиками на соревнования отправлялись москвичи Александр Терехин и Виктор Галкин, представителем команды был председатель Центрального автомотоклуба СССР Александр Ипатенко. Все они были мастерами спорта по автомобильному спорту. Даже у переводчика (Юрия Брянского, в совершенстве владевшего английским, французским и итальянским языками) был первый спортивный разряд. В Эфиопии мы убедились, что эта предусмотрительность себя оправдала сполна: всем членам делегации пришлось садиться за руль и выходить на дистанцию ралли.

Перед вылетом из Москвы мы форсировали двигатели и укомплектовали свои запасы. По договоренности мы должны были получить автомобили в Аддис-Абебе, а двигатели и раллийное снаряжение везли с собой из Москвы. Мы также ознакомились с правилами проведения ралли и тамошней обстановкой. Позже оказалось, что в наших познаниях было мало истины.

25 октября мы были готовы к вылету. Вечером того же дня нас и 1300 кг (!) нашего багажа в московском международном аэропорту ждал Ил-18. Этот восьмидесятиместный советский пассажирский самолет был оснащен четырьмя турбовинтовыми двигателями и располагал всеми удобствами для межконтинентальных перелетов. Ил-18 выполнял регулярные рейсы на линии Москва-Каир-Хартум.

Заполненный до последнего места воздушный гигант быстро поднялся на восьмикилометровую высоту. Полет был особенно спокойным, словно езда по хорошему асфальту. Вскоре за стеклами иллюминаторов протянулись в ярком лунном свете поля Украины. Хорошо был виден Крымский полуостров, берега Черного моря и утопающий в огнях Симферополь. Под крылом самолета промелькнули огни городов и деревень Турции и очертания Кипра, окруженные Средиземным морем. Даже во время вкусного ужина, предложенного в самолете, глаза вглядывались в неизведанные глубины.

«Африка», – сообщили из пилотской кабины, и самолет начал снижаться над Черным континентом. Полет продолжался только шесть часов, и вот колеса коснулись асфальта аэродрома столицы тогдашней Объединенной Арабской Республики Каира – перекрестка воздушных путей Европы, Азии и Африки.

Часовую стоянку мы использовали для знакомства с воздушными воротами Каира. Мы знали, что аэропорт построен по последней моде, но увиденное все же удивило нас. Гигантское здание с широкими балконами, террасами и залами производило величественное впечатление. Помещения были прекрасно обставлены. Все было выполнено на европейский манер, но при том все же и по-африкански. Помещения аэропорта сплошь утопали в зелени.

Здесь случилось первое и единственное неприятное происшествие на африканской земле, но вовсе не с африканцами, а с китайцами. В аэропорту находилась транзитом группа из сорока хунвэйбинов. Их темно-синяя форменная одежда и значки с портретом Мао Цзэдуна на груди невольно привлекали внимание. Увидев нас выходящими из советского самолета, они окружили нашу группу. Злобные взгляды и выкрики сопровождали нас до самого здания аэропорта. В конце концов руководитель хунвэйбинов сообразил, что они все же не в Пекине, и увел своих подопечных.

В Аддис-Абебе

Полет в лунном свете продолжался. Снова обрисовались контуры земли. Внизу блестела нить жизни Восточной Африки – Нил, все реже становились огни городов и селений. Мы приближались к столице Судана – Хартуму, где нас ждал американский «Боинг». В скромном аэропорту Хартума мы почувствовали, что находимся в Африке, – это показывала разница температур: в Москве было +8, а здесь +28, – и смуглые таможенники в тюрбанах и коротких штанах.

Ил-18 достиг своего пункта назначения. Выгрузка нашего багажа оказалась для работников аэродрома крепким орешком. Двухсоткилограммовые ящики выгружали из самолета вручную. К нашему удивлению, их повезли не к «Боингу», а на склад. Наши просьбы и объяснения остались гласом вопиющего в пустыне: летите, мол, спокойно себе дальше, может быть, отправим их потом. С этим «потом» мы были уже знакомы и решительно настаивали на своем. Только тогда, когда мы сами начали вытаскивать ящики со склада, что вызвало у грузчиков усмешку – белые люди работают! – к нам прибыла помощь. Двигатели, которые мы везли с собой, подняли подъемником на трехметровую высоту в багажный отсек «Боинга». Более сотни пассажиров следило за этим с кажущимся спокойствием, как будто вылет не задерживался на пару часов. Когда мы вошли в самолет, на нас обратились сердитые взгляды, но мы чувствовали, что в Африке время не имеет ценности и к этому привыкли и иностранцы.

«Боинг» был 130-местным пассажирским самолетом с четырьмя реактивными двигателями. Хотя полет до Аддис-Абебы продолжался всего полтора часа, пассажирам предложили вкусный завтрак и настоящий эфиопский кофе. Под крылом самолета распростерлись саванны Судана и покрытая тропической растительностью цепь эфиопских гор. Садились мы на высоте 2500 м. «Боинг» сделал поворот и остановился перед зданием аэропорта Аддис-Абебы. Мы достигли конечной точки своего путешествия, столицы одного из старейших государств Африки. Было 26 октября.

Выходящих из самолета пассажиров встречали эфиопским гимном – приятной европейского типа мелодией вроде марша. Нас ожидали представители советского посольства и совместной советско-эфиопской фирмы «Эфсо». «Добро пожаловать!», дружеские рукопожатия, цветы. С момента встречи и до самого отъезда мы постоянно чувствовали заботу о себе. Аэропорт Аддис-Абебы был роскошным сооружением, но все же по размерам уступал каирскому. Когда мы садились в «Волги», возникло чувство прибытия домой. Мы направились в центр города.

Аддис-Абеба очень красива. Мы знали, что в 1883 году император Менелик II распорядился для строительства города вырубить деревья на огромной территории. Позднее вместо них высадили эвкалипты, которые придают городу своеобразную красоту. В то время в Аддис-Абебе было более полумиллиона жителей, а во всей Эфиопии – свыше 25 миллионов.

Машины остановились у гостиницы «Плаза», ставшей на два месяца нашим домом. У дверей нас приветствовал итальянец – хозяин гостиницы. Здесь все было европейским, кроме полов из каменных плит (даже в номерах) и шумящих за окном эвкалиптов. Особенно нам понравилась итальянская кухня. Вскоре мы убедились, что хозяин отлично вышколил своих поваров-эфиопов.

Сезон дождей только что закончился (отсюда и поздний срок проведения ралли), а термометр показывал тридцать градусов выше нуля.

В день прибытия мы посетили посольство Советского Союза. Его здание было одним из самых больших и красивых в Аддис-Абебе. Посольство располагалось на довольно большой территории – этот земельный участок подарил русскому царю основатель города император Менелик II, возвеличившийся после победы над итальянцами при Адуа в 1896 году. В ответ Николай II направил в личную гвардию императора сто казаков.

Посол побеседовал с нами о героической истории Эфиопии и борьбе за независимость с колонизаторами, особенно с итальянскими фашистскими захватчиками. Страна, где десятилетия назад царил мрак невежества, в послевоенный период сделала некоторые шаги вперед. Но все равно сделать предстояло еще очень многое, в первую очередь ликвидировать неграмотность. Большую роль в экономике страны играл иностранный капитал. Хотя Эфиопия была независимым государством, но ее огромные богатства по-прежнему принадлежали колонизаторам. Англичане были хозяевами армии, американцы – финансов и горнодобывающей промышленности, французы – железных дорог, итальянцы – сельского хозяйства, шведы – электростанций. В Эфиопии можно было встретить представителей многих народов, и все они занимали важные посты, в то время как местные народы…

Государством правил 75-летний император совместно с парламентом. Его официальный титул в государственных документах выглядел очень причудливо: Лев Иудейского Дома Завоеватель Хайле Селассие I, Божией Милостью Император Эфиопии. В последние годы широко развивались связи Эфиопии с Советским Союзом. В качестве подарков от СССР в Бахр-Даре был создан большой политехнический институт, в Ассабе построен современный нефтеперерабатывающий завод, а в Аддис-Абебе – современная больница.

Помощь советского врача понадобилась и мне. За пару дней до старта ралли у меня заболел зуб. Я отправился в больницу к стоматологу. Меня приняли вне очереди. Врач осмотрел мой зуб и заявил, что его лечение потребует много времени. Я попросил его вырвать зуб, так как с болью не смог бы стартовать в ралли. Врач сделал мне обезболивающий укол и попросил пересесть в кресло в стороне, чтобы он мог вызвать следующего пациента. Вошла эфиопка, осмотрев которую, врач сказал мне: «Ей придется удалять тот же самый зуб». Эфиопка, узнав стоимость удаления зуба, заплакала и попросила позвать мужа, который ее ожидал. Муж, услышав цену, побледнел и сказал, что таких денег у них нет. После долгой торговли врач согласился вылечить женщину за меньшую сумму. Мне зуб удалили бесплатно.

Мы были в Эфиопии третьей советской спортивной делегацией. До нас страну посетили две футбольные команды. Футбол среди амхара и галла [ныне используется название «оромо» – А. Р.] – основных народностей страны – был очень популярен.

Приятной была встреча с главным секретарем раллийного комитета Понайотисом Стафанитисом, греком по происхождению, который был искренне рад нашему приезду. Его отец был русским, а десять лет назад семья уехала из Афин, чтобы поискать счастья в Африке. Будучи сам автоспортсменом, о предстоящем ралли он говорил с большим воодушевлением. Нам, дебютантам, надо было запомнить много полезных вещей.

Лучшими автомобилями в предыдущем ралли были «Мерседес-Бенц», «Фольксваген», СААБ, «Пежо» и «Рено». Этот последний секретарь считал главным фаворитом и нынешнего ралли. Кроме того, прошлогодние победители, местные спортсмены У. Хайлер и К. Э. Сёдерберг, тщательно готовили свой «Рено» к новым соревнованиям. Предыдущее ралли было особенно тяжелым. Из двадцати девяти экипажей, помимо Хайлера с Сёдербергом, норму времени сумела выполнить только одна машина – «Пежо-404», на которой выступали греки П. Мириалис и П. Арсиеро, а помимо них, Аддис-Абебы достигли еще только три (!) машины. Мы с удивлением услышали, что греки решили на этот раз стартовать на «Волге». В Эфиопии ралли были популярны, и проводились они довольно часто. Из гостей основными соперниками были спортсмены из Судана, Кении, Сомали, Уганды и других африканских стран.

Во время беседы с секретарем случилось недоразумение по поводу дня старта. По нашим сведениям, он был назначен на 7 декабря, но он сказал, что это будет 27 ноября [27 хедара – названия месяцев в эфиопском календаре свои – А. Р.]. Недоразумение вскоре разъяснилось: в эфиопском календаре каждый месяц состоит из тридцати дней, а оставшиеся в конце года пять дней составляют тринадцатый месяц – отсюда и разница. Нам выдали правила ралли и схему трассы. Несмотря на усталость от перелета, мы до позднего вечера обсуждали «план боевых действий».
__________________
http://www.ussr-autosport.ru
Sourceress вне форума   Ответить с цитированием
10 пользователя(ей) сказали cпасибо:
andrey volgin (25.06.2016), ASokolov (24.08.2014), BSP (24.08.2014), Edgar_MG (24.08.2014), iskander (24.08.2014), m-alexalex (23.10.2014), rz16-1 (29.08.2014), SAWEN (28.08.2014), S_IONES (04.11.2016), Самароид (25.08.2014)
Старый 25.08.2014, 06:38 ссылка на ветку   #26
Самароид
 
Аватар для Самароид
 
Регистрация: 04.12.2011
Сообщений: 121
Сказал(а) спасибо: 800
Поблагодарили 360 раз(а) в 87 сообщениях
По умолчанию

Можно я немного влезу, вот стартовый лист 4-го высокогорного ралли Эфиопии, и машина Бориса Ревякина и Эдуарда Баженова. Взято отсюда - https://www.facebook.com/ethiopian.r...6813696&type=3
Миниатюры

Последний раз редактировалось Самароид; 25.08.2014 в 06:44.
Самароид вне форума   Ответить с цитированием
5 пользователя(ей) сказали cпасибо:
BSP (26.08.2014), iskander (25.08.2014), m-alexalex (25.08.2014), SAWEN (28.08.2014), Sourceress (25.08.2014)
Старый 26.08.2014, 21:19 ссылка на ветку   #27
Sourceress
 
Аватар для Sourceress
 
Регистрация: 29.12.2005
Адрес: Москва
Сообщений: 1,025
Сказал(а) спасибо: 360
Поблагодарили 2,098 раз(а) в 576 сообщениях
По умолчанию

Я исправил кое-где переводы на первой странице темы (по 1962 г. включительно) - оказывается, Уно Хейнрихович их прочитал и сегодня прислал мне список замечаний. Там ничего капитального, в основном мелкие ошибки, возникшие от спешки или недостаточного знания языка.

На подходе еще два эпизода об эфиопском ралли - надеюсь завтра вечером выложить.
__________________
http://www.ussr-autosport.ru
Sourceress вне форума   Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
BSP (26.08.2014), iskander (27.08.2014), SAWEN (28.08.2014)
Старый 27.08.2014, 21:05 ссылка на ветку   #28
Sourceress
 
Аватар для Sourceress
 
Регистрация: 29.12.2005
Адрес: Москва
Сообщений: 1,025
Сказал(а) спасибо: 360
Поблагодарили 2,098 раз(а) в 576 сообщениях
По умолчанию

В саванне и в горах

На следующее утро начались приготовления. Мы знали, что ждет нас впереди, и поэтому использовали каждую возможность потренироваться. Только в день пятидесятилетия Октябрьской революции мы отдыхали.

Со склада «Эфсо» нам выдали пять совершенно новых «Волг» и один «Москвич». Виктору Щавелеву понравился снежно-белый «Москвич», который и стал нашим раллийным автомобилем. В окрестностях Аддис-Абебы мы проехали на нем первую пару сотен километров. Затем мы установили на него привезенный из Москвы двигатель, и можно было начинать обследование первого 1150-километрового круга. Всего маршрут состоял из трех кругов.

Лишь семнадцать километров мы прошли по асфальту, а затем начались мучения. На покрытой щебенкой дороге с глубокими колеями автомобили царапали дорогу днищем. На 117-километровом отрезке пути не было ни единого моста. Пять раз мы преодолевали реки вброд, когда вода часто доходила до уровня сидений. От центра провинции Бутаджира начался стокилометровый отрезок маршрута по бездорожью саванны. Теперь мы почувствовали, что находимся в настоящей Африке. Сезон дождей завершился только недавно, и земля размокла. Машины проваливались в ямы, полные грязи. Мы были в грязи с головы до ног и с трудом продвигались вперед. Но куда? Ни одного ориентира не было, не говоря уже о дорогах. К счастью, мы встретили полицейского-амхара, который согласился показать нам дорогу до деревни Бульбула.

Несмотря на нехватку времени, мы все же смогли взглянуть на окружавшую нас необыкновенную страну. Окрестности Бутаджиры были одним из самых отсталых районов Эфиопии. Местные жители были неграмотны. Жили они в семьями в соломенных хижинах, стоявших поодиночке в бескрайним просторах саванны. Клочки земли поблизости от хижин распахивали плугами, запряженными волами. Часто в плуг впрягались члены семьи, включая детей. Работящие собирали три, ленивые – два урожая в год. Об удобрениях здесь и понятия не имели. Семьдесят процентов пахотной земли лежали невозделанными. Здесь выращивали овес, кукурузу, просо и прочие зерновые. Земля принадлежала крупным землевладельцам и церкви, и земледельцам оставалась едва ли треть урожая. Содержание семьи лежало на плечах женщин. С детьми в сумках за плечами женщины переносили на головах большие вязанки дров или сосуды с водой, пахали и собирали урожай. Мужчины же пасли скот.

Повсюду были заметны пережитки феодального и первобытно-общинного строя. Глубокие шрамы и татуировки на лице, набедренная повязка, кольцо в носу и копье в руке – таков житель Эфиопии и поныне. Для миллионов – отсталость и нищета, для немногих – богатство и роскошь. Так обстоят дела и в большей части Африки. По пути к деревне Бульбула, где во время ралли будет располагаться контрольный пункт, мы всеми возможными способами отмечали направление движения: вырубали топорами засечки на деревьях, складывали пирамиды из камней, составляли точную легенду. Наш гид не ошибся: мы прибыли на место по кратчайшей дороге. За саванной последовали восемьдесят километров по асфальту, затем снова бездорожье, но уже по твердому грунту. Мы вернулись обратно в Аддис-Абебу. Раллийные автомобили, которые еще не были как следует подготовлены к соревнованиям, портить смысла не было. Поэтому для дальнейшей разведки маршрута мы взяли два джипа ГАЗ-69. Эти полноприводные автомобили в Эфиопии очень ценили.

Второй отрезок первого круга привел нас в районы, где выращивали кофе, плантации которого поднимались до высоты 3000 м. Эта местность была похожа на горы в окрестностях Ужгорода. Готовую продукцию перевозили по горным дорогам, вымощенным гравием; по ним худо-бедно можно было ехать, и особых неприятностей не случилось.

Мы посетили одну из крупнейших кофейных плантаций – точнее, лес, так как кофейное дерево растет очень быстро. Весь труд состоял в сборе богатого урожая. Поскольку кофе – основная статья эфиопского экспорта, то хозяевами плантаций являются колонизаторы. Бизнес! Поражало рабское преклонение эфиопов перед хозяевами, вплоть до целования ног.

Следующий этап в высокогорных саваннах был особенно трудным. Подъемы иногда были настолько круты, что автомобили с трудом могли забраться наверх, а на обветшавших мостах им постоянно грозила опасность падения. Во время переезда через одну мутную речку ГАЗ остановился посередине: уровень воды поднялся выше колес, и вентилятор забрызгал систему зажигания. Нам пришлось вылезать в воду и толкать машину, в то время как другой ГАЗ на берегу тянул ее на буксире назад. Машина так глубоко увязла в грязи, что наших сил оказалось недостаточно, и мы позвали на помощь местных пастухов. Общими усилиями нам удалось вытащить ее на берег.

Дорогу нам указывал итальянец – владелец гостиницы в Джимме. В вытягивании машины из грязной реки он не участвовал, а постоянно смотрел на темные дождевые тучи над горами, которые шли в нашем направлении, и советовал поскорее двигаться обратно, чтобы успеть до дождя достигнуть вершины, иначе дождевая вода, которая будет течь с горы на дорогу, сделает подъем наверх невозможным. Мы спешили, но в середине подъема хлынул такой сильный тропический ливень, что ГАЗы, невзирая на свой полный привод, забуксовали на крутом подъеме. Вода струилась вокруг колес, как в бурной реке. Мы стали поочередно толкать автомобили вверх. Когда подъем становился не столь крутым, мы запрыгивали внутрь и ехали дальше. Так, толкая их и своим ходом, через пару часов мы достигли вершины. Единственным, кто не вылезал наружу, был итальянец. Он сидел с испуганным видом, молился и перебирал четки. Я подумал: может, это бог помог нам достигнуть вершины или вдохнул в нас веру для борьбы с силами природы? Во время спуска порой возникало ощущение, будто мы едем вдоль течения по руслу быстрой реки – машина плыла и скользила, не имея надежного сцепления колес с дорогой. Как здесь вообще можно проводить ралли?

Поздним вечером мы добрались до гостиницы итальянца, переоделись в сухое, накинули выданные итальянцем халаты и отправились ужинать спагетти, к которым подали местное вино.

На последнем отрезке первого круга мы блуждали среди банановых и цитрусовых плантаций. Мосты через оросительные каналы не строили – как их переехать, каждый должен был думать сам.

Перед концом круга мы еще раз поднялись в горы. С 3000-метровой горы Энтото открылся живописный вид на утопающую в зелени Аддис-Абебу. Здесь находился монастырь, где Хайле Селассие провел несколько дней в 1941 году, чтобы вернуться в свой родной город точно в пятую годовщину с начала своего изгнания. Толпы народа с ликованием встретили своего негуса как народного героя, и в ознаменование этого момента на городской площади был воздвигнут монумент.

Небольшой отдых, приведение машин в порядок – и снова в путь. Маршрут вначале шел на юг, а потом на восток по проложенной итальянцами военной дороге. Земля была здесь усеяна обломками лавы, и ехать можно было едва-едва. В саванне мы сделали несколько отчаянных попыток обозначить дорогу, чтобы потом не сбиться с пути, особенно в ночной темноте.

Мы много раз встречали обезьян, которые живут здесь огромными стаями. Они следили за людьми, но близко к себе не подпускали. Видели мы также антилоп и верблюдов. Последние были здесь незаменимыми вьючными животными, но они боялись автомобилей. С одним из них на горной дороге мы попали в настоящую историю. Увидев наши машины, верблюд сбросил с себя поклажу и пустился бежать. Мы прибавили скорость, но обогнать его не смогли. Дуэль продолжалась на протяжении примерно трех километров, потом верблюд споткнулся и упал. Хозяйка верблюда, полуголая женщина в набедренной повязке, в отчаянии смотрела вслед удалявшемуся животному. Мы попытались отвести верблюда обратно. В этом, однако, не было нужды – верблюд сам рано или поздно вернется к хозяину.

Достигнув военной дороги, мы вздохнули с облегчением: все же это была дорога. Радость, однако, оказалась недолгой, так как когда-то содержавшаяся в порядке магистраль пришла в запустение, а мосты обветшали. Мы с трудом перебирались через быстрые горные речки и промоины в насыпи.

В конце пути – Дыре-Дауа – мы остановились в особенно роскошной гостинице. Город был очень чист и красив. Хозяевами здесь были только белые, а аборигены – их слугами. Город окружали богатые плантации сахарного тростника, лимонов, бананов и мандаринов. Редкие у нас лакомства здесь были очень дешевы.

Третий круг (1280 км) начинался в Дыре-Дауа и шел по уже пройденным дорогам обратно до города Содэре, где были теплые (28 градусов) бассейны с минеральной водой. Белые плавали, черные продавали билеты.

Трасса ралли снова поворачивала к югу. Мы ехали по бездорожью и с большим трудом различали указатели пути. У озера Ауаса мы попали под короткий тропический ливень, который обрушился на землю как из ведра. Обратный путь в Аддис-Абебу дался нам с меньшим трудом.

Мы прошли все три тысячи (если точнее, то 2996,6) километров тяжелого и сложного пути. Чтобы проверить указатели по пути, на ГАЗах мы прошли маршрут еще раз. По пути нам встретились почти все соперники.

День старта близился. Во время тренировок мы убедились, что машины требуется приспособить к местным условиям. На «Москвич» мы установили защиту картера, кузов подняли по возможности выше, смонтировали дополнительный топливный бак, электрический бензонасос и более мощный генератор. Чтобы двигатель не сдвинулся вперед, мы установили ограничитель. Также мы установили дополнительные фары и доработали сиденья.

Мы ездили в саванну испытать автомобиль ночью, чтобы посмотреть, как работают дополнительные фары. С наступлением темноты звери в саванне оживляются. Мы встретили несколько хищников из семейства кошачьих и гиену, за которой я погнался. Было трудно ее преследовать среди кустов, но все же я приближался к ней, пока мы не подъехали к деревенской улице, куда она вбежала через ворота. В темноте мы видели и шагавшего вдоль дороги человека, за которым примерно в двадцати метрах шла гиена, ожидавшая своей добычи.

За день до старта мы представили свои автомобили технической комиссии. Все соответствовало правилам, кроме установленного нами ограничителя, который потребовали убрать. За нашими приготовлениями с большим интересом следили участники из других стран, так как «Волги» считались серьезными соперниками.

Старт

Предстартовые дни были особенно напряженными – ведь все шестьдесят шесть участников хотели финишировать в числе первых. Здесь будет нелишним заметить, что на призовые деньги за победу оба члена экипажа могли купить себе, например, «Волги» и у них еще остались бы эфиопские доллары. Так как для командного зачета требовалось участие пяти экипажей, мы зарегистрировали в качестве участников и машины сопровождения. Ралли показало, что этот шаг был в высшей степени правильным. Греков, которые стартовали на «Волге», мы заявили в основном составе.

День старта – 7 декабря (по нашему календарю) превратился в Аддис-Абебе в большой праздник. Площадь Маскали, где обычно проводились праздники окончания сезона дождей, была украшена флагами. Специально сооруженная трибуна была заполнена болельщиками, как и улицы, которые вели к выезду из города. На площади выстроились тридцать три автомобиля в порядке номеров, определенном жеребьевкой. Машины одиннадцати марок: «Рено», «Пежо», «Волга», «Мерседес-Бенц», СААБ, «Форд-Англия», «Опель», ФИАТ, «Тойота» и «Москвич» [здесь перечислено десять, а одиннадцатая – «Фольксваген» – А. Р.] – были готовы уйти в трехсуточный путь по трудному маршруту ралли.

Наступил долгожданный миг. Под звуки марша, исполняемого военным оркестром, на эстакаду под навесом въехал автомобиль под номером 1 – «Рено» Х. Грегера и А. Саггесе. Кронпринц Эфиопии Мерид Азмах Асфа Уоссен пожелал спортсменам успеха и поднял руку. В то же мгновение поднялся стартовый флаг, и темно-коричневый «Рено» помчался среди рядов зрителей к выезду из города. Каждые три минуты стартовый флаг поднимался снова. Среди советских автомобилей первой под номером 7 стартовала «Волга» Тенишева и Кислых. Номер греков был 10, Галкина и Терехина – 16, Ревякина и Баженова – 18, а Ипатенко и Брянского – 32. На боках нашего белого «Москвича» был нанесен номер 26.

На первом 1150-километровом круге было всего шестнадцать контрольных пунктов, куда участники должны были прибывать в сроки, предусмотренные графиком. За раннее прибытие на КП не штрафовали. В карточке участника компостером проставлялось время прибытия, и он мог ехать дальше. Правил дорожного движения в Эфиопии как будто не существовало – во всяком случае, о них никто никогда не упоминал.

Уже на втором этапе (117 км, гравийное покрытие, средняя скорость 80 км/ч) начались неприятности. На полпути в крутом повороте лопнула шина, и я с трудом удержал автомобиль на дороге. Пока мы меняли колесо, мимо пронеслись немцы на «Тойоте» (номер 27). Наступала темнота. За несколько километров до контрольного пункта лопнула и вторая шина, и французы на «Рено» (29) показали нам красные задние огни. Мы ругали шины «Мишлен», которые использовали только из-за большего размера, что позволяло приподнять кузов машины выше. Перед КП, заскользив после резкого торможения, мы загнали в канаву судью с красным мигающим фонариком. Это нам, впрочем, не повредило. Мы опоздали на шесть минут. К счастью, наша «техничка» ГАЗ-69 была на месте, и мы получили новые запасные шины. Пока мы стояли, мимо проехал ФИАТ итальянцев (30).

Началось саванна без дорог – этап Бутаджира-Бульбула, где между двумя селениями было почти сто километров (точнее, 99 км). Мы шли по легенде. Справа и слева мелькали пучки света от фар других машин. Мы приблизились к той, что шла впереди нас, и обогнали ее – это был ФИАТ под номером 30. У СААБа с поднятым капотом возился финский экипаж. Стояла и «Волга» Ревякина с Баженовым (1, у которых сломался рулевой сектор. Позднее выяснилось, что ралли на этом для них закончилось.

Глаза вглядывались в темноту. Мы старались объезжать большие камни, кусты и деревья. Мы хвалили свой «Москвич», и настроение стало подниматься. Но тут мы на полном ходу угодили в яму и услышали, как лопасти вентилятора проскрежетали по радиатору. Подняв капот, мы увидели, что из радиатора струей течет вода. Что же, это конец? Ну нет, нас так просто не возьмешь! Тут же на месте в кромешной темноте при свете переносной лампы мы стали снимать радиатор, зная, что сзади идет «Волга» с запасным. Мы считали, что ждем «Волгу» одни, но, подняв голову, я увидел стоящих у машины местных жителей в белых халатах и с копьями; их белые зубы блестели в темноте. Откуда они взялись, ведь до селения далеко? Вскоре прибыла «Волга», мы быстро установили новый радиатор и продолжили свой путь.

Пятнадцать минут драгоценного времени были все же потеряны. Перед контрольным пунктом мы в третий раз заменили колесо. Нас обогнало несколько машин. Как же отыграть отставание? Этот вопрос мучил нас все сильнее. Но что тут поделаешь – шины «Мишлен» снова подвели нас. Даже на следующем этапе на дороге с асфальтовым покрытием лопнула шина: на большой скорости в поворотах обломки лавы протыкали боковины.

И снова бездорожье – горная цепь. В тишине спящей в темноте саванны раздался монотонный гул моторов. Мы ехали с осторожностью, чтобы не ошибиться. Свет наших фар скрестился с другим. Мы сблизились – это оказались итальянцы на «Мерседесе». Вместе мы прошли несколько километров. По легенде у следующего большого валуна надо было повернуть направо, но «Мерседес» поехал прямо. Что делать – ехать следом? Мы все же повернули и не ошиблись. На контрольный пункт мы опоздали на 28 минут, а итальянцы еще долго блуждали по пустынной саванне. Последние 33 км до Аддис-Абебы по асфальту были легкой прогулкой. Первая половина круга закончилась.

Направляясь в Джимму, мы шли уже на «родных» шинах «Москвича». Теперь кузов сидел немного ниже, но поведение машины стало заметно лучше. Началась гравийная дорога (337 км, средняя скорость 95 км/ч), которая стала для нас самым удачным этапом. Приятно было ехать по горам перед восходом солнца – то над облаками, то под ними. Солнце встает в Африке очень быстро и разгоняет туман. В Джимму, центр района, производящего кофе, мы пришли при ярком солнечном свете. Перед нами туда прибыло семнадцать экипажей. Прошлогодние победители Хайлер и Сёдерберг на «Рено» опоздали меньше всех – на сорок минут – и вышли в лидеры. Мы опоздали на один час тридцать минут.

После трехчасового отдыха автомобили стартовали через три минуты в порядке прибытия. Первыми на очередной 207-километровый этап умчались лидеры. «Маленький белый», как прозвали наш «Москвич» соперники, ушел в дорогу восемнадцатым. Здесь удивили итальянцы, которые на своем «Мерседесе» попали на полном ходу в яму и выбыли из соревнований. Мы обошли «Фольксваген» под номером 19. Напряжение возрастало с каждым часом. Люди рисковали жизнями и своими автомобилями. Каждая минута была на вес золота. На этом этапе, проходившем по горным саваннам без дорог, ни один экипаж не смог выдержать график. Мы опоздали на 28 минут.

Началась езда среди полей, через грязные канавы и речки. Хорошо, что был солнечный день – ночью тут не проехал бы ни один экипаж. Так мы приблизились к последнему этапу. До Аддис-Абебы оставалось только тридцать пять километров, и тут… на подъеме на крутой речной берег сломалась полуось, на берег мы выскочили с разгона. К счастью, у нас была с собой запасная полуось. Мы трудились изо всех сил. Мимо нас прошли все экипажи. Чтобы продолжить ралли, мы должны были на финише первого круга проиграть лидеру не более трех часов. Сумеем ли мы это сделать или же вылетим из соревнований? Все с головы до ног в грязи, мы закончили работу и помчались вперед.

На последних километрах на горе Энтото мы отчаянно рисковали – на кону стояло слишком многое. На контрольном пункте прошло два часа пятьдесят минут со времени прибытия лидера, когда «Москвич» ворвался на площадь Маскали. «Маленького белого» здесь уже не ждали. Обступившая нас толпа закричала: «Русс, "Москвич"!»

Автомобили были в пути двадцать один час. До Аддис-Абебы не добрались восемь (!) экипажей, среди них и две «Волги». У греков также сломался рулевой сектор, машина перевернулась через крышу, и продолжать ралли было невозможно. С людьми, к счастью, ничего не случилось. Перевернулись еще две машины, остальные потерялись в саванне. Лидер – «Рено» под номером 15 – опаздывал на пятьдесят минут, а лучшая пара наших – Тенишев и Кислых – была седьмой.
__________________
http://www.ussr-autosport.ru
Sourceress вне форума   Ответить с цитированием
8 пользователя(ей) сказали cпасибо:
andrey volgin (25.06.2016), ASokolov (28.08.2014), BSP (27.08.2014), iskander (29.08.2014), m-alexalex (23.10.2014), rz16-1 (29.08.2014), SAWEN (28.08.2014), S_IONES (04.11.2016)
Старый 29.08.2014, 20:53 ссылка на ветку   #29
Sourceress
 
Аватар для Sourceress
 
Регистрация: 29.12.2005
Адрес: Москва
Сообщений: 1,025
Сказал(а) спасибо: 360
Поблагодарили 2,098 раз(а) в 576 сообщениях
По умолчанию

Второй круг

По графику после первого круга следовал трехчасовой отдых. Но мы примерно на столько же и опоздали и должны были сразу же готовиться к старту. Площадь Маскали была снова заполнена народом. Под звуки оркестра автомобили в порядке прибытия въезжали на эстакаду и отправлялись на 640-километровый второй круг. Перед стартом нас предупредили, что император Хайле Селассие I находится на пути в Дукум [не уверен, что топоним правильный, – я такого не нашел нигде – А. Р.]. Мы с негусом не встретились, зато встретился экипаж Ипатенко и Брянского. Будучи участниками ралли, да к тому же еще и иностранцами, они смело приблизились к эскорту императора. Начальник эскорта преградил им дорогу своим мотоциклом. В ту же минуту мотоциклиста вызвали к автомобилю императора. Автомобиль остановился, и дорога спортсменам была открыта.

Такой порядок император установил не случайно. Несколько лет назад один из его сыновей погиб в аварии, причиной которой стал обгон. Другой сын был покровителем ралли, и отсюда, по-видимому, и проистекало подобное великодушие.

Второй круг начался удачно. На пятидесятом километре мы обогнали две «Волги», немного позже – «Тойоту» и «Пежо». Позади остались 88 км саванны. Но на контрольном пункте мы сильно удивились: впереди оказались «Тойота» и «Пежо», которые мы обошли. Потом выяснилось, что они разведали трассу лучше, чем мы, и нашли сухое речное русло, по которому теперь и проехали. Мы опоздали на 24 минуты.

Перед выездом на военную дорогу нас неожиданно обогнал «Пежо» под номером 9. Его экипаж заблудился в саванне, заметил нас и так вышел на правильную дорогу. Красные задние огни «Пежо» мы далеко от себя не отпустили: дождались подходящего случая при переправе через реку и сами показали им свои задние огни.

Когда мы выехали на магистраль Аддис-Абеба – Дыре-Дауа с гравийным и частично асфальтовым покрытием (так называемую военную дорогу), в темноте перед автомобилем выскочила гиена. На ее безобразной большой голове горели злобные глаза. Я затормозил. Испуганная гиена спрыгнула в кювет и исчезла. В тот же миг мимо пронесся знакомый «Пежо».

Дорога становилась все хуже. На протяжении девяноста километров был только один нормальный мост, через остальные реки мостов не было. Мы ехали вброд, как получится. Чтобы отогнать сон, пили крепкий черный кофе, которого у нас собой было вдоволь. Мы сидели в машине уже двое суток. Перед окончанием круга мы обогнали «Тойоту» и два «Фольксвагена». Это окрыляло, и мы хвалили свой «Москвич» – было совершенно невероятно, что этот относительно легкий автомобиль выдерживает езду в столь тяжелых условиях. В Дыре-Дауа мы финишировали тринадцатыми, поднявшись на этом круге на двенадцать (!) позиций вверх. Улучшили свои позиции и другие наши экипажи. Тенишев и Кислых поднялись в общем зачете на второе место. До Дыре-Дауа не дошли шесть экипажей – не выдержали автомобили. Перед тем, как отправиться отдыхать, я обратил внимание, что на «Рено-16» лидеров меняли целиком весь передний мост на новый. Мы же ограничились только заменой амортизаторов.

Наконец-то можно было девять часов отдохнуть.

Третий круг

Интерес к ралли в Дыре-Дауа был также велик. На центральной площади ко времени старта собралось несколько тысяч человек. Вслед за «Рено» в путь ушла «Волга». Наши экипажи, как дебютантов, дружески приветствовали. Среди публики было немало местных горожан.

Последний, решающий круг начался. Еще 1212,9 км, еще одни сутки. Мы шли в середине. Только двадцать километров нам удалось держаться в графике, а потом лопнула уже восьмая (!) шина. Пока мы меняли колесо, мимо прошли две «Волги». Мы успокаивающе помахали им руками. Дорога была пыльной, об обгоне нечего было и думать. Туча пыли закрыла даже солнце. И вдруг – языки пламени на обочине! Мы проехали мимо горящего «Пежо» под номером 9, который, как мы потом узнали, выгорел дотла. Экипаж успел выскочить в последнюю секунду. Участников сопровождал вертолет личной гвардии императора, на борту которого были члены судейской коллегии. Они заметили горящий автомобиль и стали кружить над ним, но помощь оказать были не в силах.

Колеса шедших впереди автомобилей по-прежнему поднимали над дорогой огромную тучу пыли, в которой обгон был невозможен. Утешало только то, что следующий контрольный пункт, находившийся в центре провинции Уэленчити, был теперь не за горами. Дорога становилась все хуже и хуже. Камни, вылетавшие из-под передних колес, непрерывно ударялись о кузов. Но «Москвич» держался молодцом. Этап мы завершили с небольшим запасом времени. Сэкономленные минуты здесь были особенно нужны. Местные жители устроили участникам чрезвычайно теплый прием. Апельсины и бананы просто сыпались в автомобили. Но самую большую радость доставляла холодная и чистая родниковая вода, которую мы пили с огромным наслаждением.

Настроение поднялось – ведь до сих пор все шло хорошо. Но на пути к следующему контрольному пункту снова начались неудачи – порвался ремень вентилятора. Потерянные минуты, ушедшие на его замену, ходом отыграть мы не сумели. Опоздание было непоправимым.

Следующий этап снова проходил по бездорожью саванны. Мы ориентировались по своим знакам и легенде. Велико было наше удивление, когда мы обошли «Фольксваген» местных спортсменов братьев Сиссиани. Что же, мы за столь короткое время приобрели стойкость к езде по саванне? Ведь братья выступали у себя дома. Вскоре мы оставили за собой и две «Волги» – Терехина с Галкиным и Ипатенко с Брянским. Этап мы завершили точно по графику.

Началась езда по асфальту. Мы выжимали из своего «маленького белого» все, и тут снова порвался ремень вентилятора. Мимо нас промчались «Волги». За десять километров до контрольного пункта мы опять заменили ремень. В дело пошел последний запасной. Мы переживали – только бы выдержал до конца этапа! Выдержал! На контрольном пункте мы взяли в автомобиле технической помощи новые ремни – ведь оставалось пройти еще более пятисот километров.

И снова гравийная дорога, кое-где с пугающими подъемами в гору. Несмотря на это, средняя скорость была задана равной 90 км/ч! Здесь нас несколько раз выручал электрический бензонасос. Штатный насос во время тренировок порой отказывал – ведь машина иногда становилась чуть ли не вертикально. Мы опоздали всего на одну минуту.

Предпоследний этап третьего круга заканчивался в центре провинции Ауаса. Мы ехали по гравийной дороге вдоль горных склонов. Здесь нас поджидала опасность вылететь с дороги в поворотах, что, как правило, заканчивалось катастрофой. Бурные потоки воды с гор сделали во время периода дождей свое дело: мы с трудом перебирались через промоины. Несмотря на все это, этап сложился удачно: мы снова обогнали «Волги», потом «Тойоту», а перед контрольным пунктом – еще и «Пежо».

Промежуточного финиша в Ауасе мы достигли четырнадцатыми. Таким образом, наш экипаж опустился только на одну позицию ниже (порвавшиеся ремни вентилятора!). До Аддис-Абебы оставалось только 370 км и шесть контрольных пунктов. Наш лучший экипаж на «Волге» – Тенишев и Кислых, – который был в Дыре-Дауа на втором месте, в Ауасу прибыл седьмым. Экипаж допустил ошибку в саванне и в поисках потерянного маршрута потерял драгоценные минуты. Как оказалось впоследствии, эта ошибка стала для них роковой – из-за нее они упустили победу в абсолютном зачете.

Финиш

На рассвете третьего дня ралли машины отправились на последний, решающий отрезок маршрута. Впереди ждала Аддис-Абеба – финиш!

Первую пару сотен километров мы прошли хорошо, имея даже небольшой запас времени. Но потом мы угодили в очередную яму и услышали под кузовом какой-то подозрительный шум. Оказалось, что вылетел крестовой шарнир карданного вала, и ехать дальше было невозможно. Мы сняли кардан и жестко закрепили вал. Это все, что можно было сделать в сложившейся ситуации. Пока мы стояли, мимо прошли «Волги», «Пежо», «Тойота» и «Фольксваген». Перед контрольным пунктом в Бутаджире мы настигли «Фольксваген», но все равно опоздали на 33 минуты.

Наши нервы и темп езды были взвинчены до предела. Все больше давала о себе знать усталость. Конкуренция была настолько сильна, что любое происшествие могло перечеркнуть усилия всех трех дней.

Перед очередным контрольным пунктом нам с большим трудом удалось обогнать местный «Пежо», экипаж которого старался всячески нам помешать. Несколько раз мы шли бок о бок, и итальянцев постоянно выручали повороты. В какой-то маленькой деревушке дорога стала немного шире, и мы держали там скорость 120 км/ч. Во время этой дуэли мы шли очень мощно и настигли экипаж из ГДР на «Тойоте». С ним мы также справились.

Перед асфальтовой дорогой, ведущей в Аддис-Абебу, мы еще раз свернули в саванну. Среди полей кое-где попадались непроходимые грязевые ямы. Даже машина технической помощи с бензином и запчастями застряла в грязи. Но «Москвич» упорно пробирался через все ямы.

Когда мы выехали на асфальт, бензина в баке оставалось совсем мало. Дотянем ли до следующего места дозаправки? Мы с тревогой следили за указателем уровня топлива, который уже не двигался. Дотянули! «Москвич» с заглохшим двигателем вкатился на заправочную станцию. На последних двадцати километрах перед Аддис-Абебой по сторонам дороги стояли ряды болельщиков. Нас встречали особенно тепло – ведь первой финишную черту пересекла «Волга» Тенишева и Кислых под номером 7. Позднее мы услышали, что на второй половине последнего круга они продемонстрировали поистине виртуозную езду. Предпоследний этап «Волга» завершила второй. Впереди шли лидеры на «Рено», которых в облаке пыли Тенишев и Кислых обогнать не рискнули. Выбрав подходящий момент во время переправы через реку, они обошли «Рено». Бывшие лидеры и еще два экипажа: немцы на «Рено» и шведы на «Тойоте» – преследовали их по пятам. Из-за неразберихи с последнего контрольного пункта «Волга» ушла четвертой. Среди луж и ям с грязью наши спортсмены продемонстрировали возможности свои и «Волги». Оставив всех позади, они под ликование толпы пришли в Аддис-Абебу первыми.

Мы мчались к столице, все время сигналя и таким образом привлекая внимание стоявших по обочинам людей к «Москвичу» – надежному, закончившему соревнования автомобилю.

IV «Эфиопское высокогорное ралли» завершилось. За трое суток мы прошли в необыкновенно тяжелых условиях три тысячи километров. Из тридцати трех стартовавших экипажей финишировали только восемнадцать. На обочинах остались автомобили известных фирм: «Мерседес-Бенц», СААБ, «Тойота», ФИАТ, «Фольксваген», «Форд-Англия» и «Пежо».

Победителями в абсолютном зачете второй год подряд стали местные спортсмены В. Хайлер – К. Сёдерберг на «Рено-16» (опоздание 175 минут), получившие восемь тысяч эфиопских долларов призовых. Второе место заняли С. Тенишев – В. Кислых на «Волге» (227 минут), третье – местный экипаж Х. Грегер – А. Саггесе на «Рено» (230 минут). В классе свыше 2000 см³ лучшими были Тенишев и Кислых. Другой наш экипаж – А. Ипатенко и Ю. Брянский – стал четвертым, еще один – В. Галкин и А. Терехин – пятым. В. Щавелев и я были в общем зачете шестнадцатыми.

Имелся и командный зачет, для которого из пяти экипажей ралли должны были закончить три. Первое место досталось «Рено», второе – «Волге», третье – ФИАТу.

Мы создали советскому спорту и автомобилестроению хорошую репутацию. Уже в день финиша в магазине «Эфсо» было больше покупателей, чем когда-либо ранее. Кроме того, наши «Волги» были после финиша ралли в полном порядке. О «Москвиче» этого, к сожалению, сказать было нельзя – к финишу он совершенно раскис. Передний мост деформировался настолько, что при движении прямо руль был повернут на 180° против нормального положения, то есть спицы рулевого колеса смотрели вверх. Три тысячи километров горных дорог, саванны и бродов через горные реки буквально добили машину, но она выдержала ралли, которое закончила лишь половина стартовавших автомобилей.

После окончания ралли на обсуждении в торгпредстве СССР в Эфиопии выступлению команды дали хорошую оценку. Участники выполнили поставленную перед ними задачу и показали, что советские легковые автомобили в условиях высокогорья надежны и быстры. Было решено, что в следующем году советская команда будет снова приглашена участвовать в «Эфиопском высокогорном ралли».

Но я был зол из-за решения судей, которое огласили через два дня после окончания ралли. По этому решению наш результат аннулировался, так как мы в конце первого круга опоздали на КВ из-за замены полуоси. Вообще-то у нас не было опоздания; и почему же нам тогда разрешили пройти еще два круга и участвовать в двух перегруппировках? В изначальном итоговом протоколе мы были в абсолютном зачете шестнадцатыми, а в своем классе – десятыми. Ипатенко не стал подавать протест, так как мы на «Москвиче» выполнили главную задачу – финишировали. Он сказал: «Пусть будет у вас шестнадцатое место» [в оригинале по-русски латиницей – А. Р.]. И поскольку я не видел протоколов, то стал считать для себя, что шестнадцатое место так и осталось за нами.

Во время обсуждения было отмечено, что техническое обслуживание и ремонт продававшихся советских автомобилей были очень плохи и не хватало запчастей. Нам сказали, что в местном торгпредстве нет сотрудника, который занялся бы ремонтом и обслуживанием автомобилей и смог бы их организовать. Поэтому работники торгпредства предложили кому-нибудь из раллистов поработать в Эфиопии, чтобы организовать ремонт и техническое обслуживание продаваемых автомобилей. Заодно он смог бы составить к следующему ралли легенду, которую во время тренировок надо будет только проверить. Это сократило бы финансовые затраты и сэкономило бы время членов команды. Мы вопросительно смотрели друг на друга, когда внезапно Ипатенко предложил эту работу мне. Долго не раздумывая, я согласился. Было решено, что советское торгпредство в Эфиопии направит соответствующую заявку в Москву, в «Автоэкспорт».

На следующий день мы по просьбе корреспондента ТАСС Дмитрия Черникова отправились в саванну, чтобы сделать рекламную фотосъемку раллийных автомобилей. Черников на своей машине ехал впереди и выбирал место для съемки. За ним шли мы на «Москвиче», за рулем был Виктор. Мы разговаривали и, не заметив, что Черников остановился, врезались сзади в его машину. Удар был таким сильным, что передок «Москвича» здорово помялся, и снять его для рекламы не получилось.

После целительного крепкого сна начались приготовления к возвращению домой. Так как двигатели и прочее раллийное оборудование мы ввезли в Эфиопию без уплаты таможенных пошлин, то должны были увезти их обратно. В аэропорту Аддис-Абебы мы поднялись на борт «Кометы» суданской авиакомпании, на которой долетели до Хартума. Там ждал знакомый Ил-18. Москва встретила нас морозной погодой северной зимы: если в Эфиопии было тридцать градусов выше нуля, то здесь – пятнадцать ниже нуля. Утром следующего дня я сел во Внуково на вылетавший в Таллин «Ту».
__________________
http://www.ussr-autosport.ru
Sourceress вне форума   Ответить с цитированием
9 пользователя(ей) сказали cпасибо:
679nik (03.09.2014), andrey volgin (25.06.2016), ASokolov (30.08.2014), BSP (31.08.2014), iskander (30.08.2014), m-alexalex (23.10.2014), rz16-1 (30.08.2014), SAWEN (31.08.2014), S_IONES (04.11.2016)
Старый 31.08.2014, 10:36 ссылка на ветку   #30
Sourceress
 
Аватар для Sourceress
 
Регистрация: 29.12.2005
Адрес: Москва
Сообщений: 1,025
Сказал(а) спасибо: 360
Поблагодарили 2,098 раз(а) в 576 сообщениях
По умолчанию

С завтрашнего дня и до 16 сентября я в отпуске, буду в отъезде, так что следующий перевод будет не раньше двадцатых чисел сентября.
__________________
http://www.ussr-autosport.ru
Sourceress вне форума   Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
BSP (31.08.2014), iskander (31.08.2014), SAWEN (31.08.2014)
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Грузовое семейство: "Газель"/"Соболь"/"Валдай"... Виртуальный_Музейщик ГАЗ - грузовые 723 10.11.2017 10:36
Внедорожники УАЗы (семейство 316х, 23хх: "Симбир","Патриот"..) Preston Сравнение моделей, аналитика 13 27.04.2014 00:12
Легковые "Волги" "новые" (3105,3111,3103,3104) AlexArs Сравнение моделей, аналитика 0 06.11.2012 11:06
Где купить "Элекон", "Тантал", "Агат" в Самаре? mr.purple Архив Форума 4 12.12.2009 11:15




Интернет магазин масштабных моделей 1:43 и 1:18